Ангальт, Федор Евстафьевич, граф


Ангальт, Федор Евстафьевич, граф

АНГАЛЬТЪ, графъ, Ѳедоръ (Фридрихъ) Евстафьевичъ, замѣчательный русск. воен. педагогъ конца XVIII вѣка, род. 9 мая 1732 г. и былъ сыномъ наслѣднаго принца Ангальтъ-Дессау, Вильгельма-Августа, женатаго на дочери Софіи Герре, вслѣдствіе чего дѣти его, родившіяся отъ этого брака, не имѣли уже правъ на титулъ принца. По примѣру братьевъ, онъ поступилъ въ прусскую военную службу и 20-ти лѣтъ отъ роду былъ уже флиг.-адъют. Фридриха II; въ битвѣ при Моосѣ онъ былъ тяжело раненъ и взятъ австрійцами въ плѣнъ. По возвращеніи изъ плѣна А. опять вступилъ въ ряды прусской арміи и отличился въ сраж. при Цорндорфѣ. Въ 1776 г. А. вышелъ въ отставку съ чиномъ ген.-м. и въ 1777 г. — поступилъ въ саксонскую армію, принялъ участіе въ войнѣ за баварское наслѣдство и командовалъ всѣми саксонскими войсками, дѣйствовавшимй вмѣстѣ съ корпусомъ прусскаго принца Генриха. Въ 1783 г., по приглашенію Екатерины II, гр. А. вступилъ въ русскую службу съ чиномъ ген.-поручика и съ назначеніемъ ген.-адъютантомъ и шефомъ Финляндс. егерс. корпуса. Желая ознакомиться со своимъ новымъ отечествомъ, А., подъ видомъ командировки для инспекціи войскъ и укрѣпленій, отправился въ путешествіе по Россіи, которое продолжалось 3 года. Во время его онъ особенно интересовался вопросами народнаго образованія, торговли и промышленности и по возвращеніи представилъ имп-цѣ докладъ, послѣдствіемъ котораго было назначеніе его въ 1787 г. глав. директоромъ Сухопут. шляхет. корпуса (нынѣ I кад. корп.), а въ 1788 г. — президентомъ вольн. экономич. общества. Время его управленія корпусомъ признается самымъ свѣтлымъ періодомъ въ исторіи этого воен.-учебн. заведснія. Графъ почти каждый день бывалъ въ корпусѣ, а часто и по два раза. Пріѣзжалъ онъ всегда оч. рано, въ 5-мъ ч. утра, иногда заставалъ на ногахъ одного только дневальнаго — изъ старыхъ солдатъ, расхаживалъ съ нимъ рука-объ-руку, и хотя съ трудомъ, но старался говорить по-русски. Самъ будилъ кадетъ, говоря имъ: "вставайте, мои дѣти". Не только дурная погода, по даже явная опасность не останавливали гр. А. отъ посѣщеній любимаго корпуса. Такъ, въ одинъ изъ ноябр. дней, когда Нева только что встала, онъ подъѣхалъ къ рѣкѣ и хотѣлъ переправиться; дневальный будочникъ сказалъ: "нельзя". А. показалъ свою ген.-адъют. трость и возразилъ: "можно". Было совсѣмъ темно и графъ велѣлъ принести фонарь. Настлали доски, и онъ первымъ перешелъ по зыбкой ледяной поверхности. А. любилъ кадетъ, какъ отецъ. Изъ корпуса сдѣлалъ себѣ семью и не иначе называлъ кадетъ, какъ: "дѣти мои", "любезныя дѣти" или "товарищи мои, любезные товарищи", всегда былъ ими окруженъ, гулялъ съ ними, дружески бесѣдовалъ, пересыпая бесѣды поучительными наставленіями, которыя и понынѣ не утратили своего значенія, своей свѣжести. Онъ говорилъ: "въ корпусѣ учитесь, а вышедъ доучивайтесь"; "читая исторію, любезныя дѣти, не обольщайтесь пустымъ блескомъ, старайтесь различать подлинную славу отъ ложной"; "перемѣняются обстоятельства, а вмѣстѣ съ ними перемѣняются часто и люди, въ превратностяхъ свѣта трудно сохранить непоколебимость душевную; но кто основалъ дѣйствія свои на совѣсти, тотъ не отдаетъ ихъ на произволъ легкомысленнаго мнѣнія". Какъ любилъ А. кадетъ, между прочимъ, видно изъ его прощальной къ нимъ рѣчи при выпускѣ кадетъ во флотъ въ 1788 году: "Прощайте, дѣти мои, прощайте милыя дѣти! Во время мира живите, какъ добрые кадеты, во время войны — какъ храбрые воины. Приблизьтесь ко мнѣ, примите въ послѣдній разъ отеческій поцѣлуй. Еще нѣсколько словъ: помните, друзья мои, прошу васъ, помните всегда, что наиболѣе надлежитъ страшиться и убѣгать четверыхъ непріятелей. Безъ сомнѣнія, вы помните, что говорилъ я о непріятеляхъ нравственныхъ; я увѣренъ, что противу непріятелей политическихъ вы выставите грудь съ отважностью и неустрашимостью. Непріятели же нравственные, могущіе встрѣтиться на пути вашей жизни, суть: вино, азартныя игры, лѣность и гнуснѣйшій и отвратительнѣйшій изъ всѣхъ пороковъ, рождающій стыдъ и безпорядокъ между родными и въ обществѣ благородныхъ людей, — ложь. Сверхъ того, не забывайте признательности, каковою должны вы Императрицѣ. Благоговѣйте къ храму вашего воспитанія. Да будетъ первымъ побужденіемъ и первымъ началомъ всѣхъ вашихъ поступковъ: честность и доброе имя. Прощайте". При А. наказаніе розгами въ корпусѣ было рѣдкостью. Никакія шалости, даже проступки кадетъ, не вызывали въ немъ злобы и ожесточенія, онъ относился къ шалунамъ съ большою снисходительностью и даже никогда не разыскивалъ виновнаго. Въ такихъ случаяхъ онъ созывалъ кадетъ, объявлялъ, что не желаетъ даже и знать, кто сдѣлалъ дурное, а тѣмъ болѣе того, кто пятнаетъ званіе кадета, пятнаетъ доброе имя. Его слова, кроткія, глубоко прочувствованныя, въ которыхъ звучало огорченіе, вызывали слезы у воспитанниковъ, и затѣмъ кадеты сами наказывали виновнаго. Преподаваніе было поставлено образцово; для пробужденія умственныхъ способностей и для укрѣпленія памяти, въ особенности для неприлежныхъ кадетъ, А. придумалъ особыя внѣклассныя пособія. Онъ приказалъ разрисовать каменную стѣну, ограждавшую кад. садъ, различными изображеніями лицъ, странъ, видовъ, животныхъ, птицъ, эмблемъ, системъ міра: Птоломея, Тихо-де-Браге и Коперника и т. п., и написать поучительныя изреченія на русскомъ и иностранныхъ языкахъ, выписки изъ исторіи, рѣчи ораторовъ, басни, пословицы, хронологію важнѣйшихъ открытій и событій и т. д. Подобнымъ же образомъ были расписаны стѣны рекреаціонной залы, въ которой у стѣны стояла модель Вобановой крѣпости въ огромномъ ящикѣ съ крышкою. Подъ крышкою были изображены всѣ крѣпостные виды, а на крышкѣ прибиты для прочности гвоздями нижними переплетами около сорока частей "Cabinet des fées". Это французское изданіе было украшено очень хорошими иллюстраціями и невольно привлекало вниманіе кадетъ, которые, разсматривая картинки, знакомились и съ крѣпостью Вобана. Тамъ же, въ залѣ, на столахъ были размѣщены: французскій словарь военныхъ наукъ (въ IV возрастѣ воен. науки преподавались на франц. языкѣ), Библія на трехъ языкахъ, поучительныя слова русскихъ проповѣдниковъ, французскій переводъ твореній Василія Великаго и другія книги. Часто кадеты рвали книги, но А. не сердился, приказывая замѣнить ихъ новыми, при чемъ говорилъ: "меня очень радуетъ, что кадеты такъ любятъ чтеніе и такъ часто упражняются въ этомъ занятіи, что книги прорвались отъ частаго употребленія". Въ 1790 г. изреченія и надписи, помѣщенныя на стѣнахъ, были напечатаны отдѣльною книжкою, подъ названіемъ "La muraille parlante". Въ 1791 г. издана была другая книжка, служившая продолженіемъ первой, подъ названіемъ: "La salle de rècréation". Къ первой книжкѣ А. написалъ по-французски предисловіе, въ которомъ говоритъ, что книжка эта посвящается кадетамъ, "моимъ добрымъ дѣтямъ", и что каждый кадетъ получитъ ее по выходѣ изъ корпуса для того, чтобы она напоминала ему объ его дѣтствѣ, проведенномъ въ корпусѣ, и о томъ, какія средства употребляло корпусное начальство, чтобы забавлять и просвѣщать своихъ питомцевъ. Бывшій воспитан. 1 к. к. временъ А., извѣстный поэтъ и писатель С. Н. Глинка, издалъ въ 1822 г. переводъ книжки "La muraille parlante", подъ заглавіемъ: "Искусство учиться, прогуливаясь, или ручная энциклопедія для воспитанія, составленная графомъ А.". Переводъ этотъ снабженъ нѣкоторыми воспоминаніями переводчика о графѣ и литографированнымъ портретомъ А. со слѣдующимъ четверостишіемъ: "Какъ нѣжный онъ отецъ, кадетъ всегда любя, былъ Титомъ для другихъ, Катономъ — для себя". Графъ А. придумалъ еще особыя сверхкомплектныя "тетради" — (cahiers surnuméraires). Въ обыкновенныя классныя тетради вписывались уроки учителей, а въ сверхкомплектныя — воспоминанія, выборки изъ другихъ сочиненій и т. п. Эти тетради являлись какъ бы показателями образа мыслей кадетъ. А. самъ просматривалъ эти тетради и дѣлалъ на нихъ надписи, въ которыхъ высказывалъ свои мнѣнія. Въ музеѣ 1 к. к. и до настоящаго времени хранится около 400 рукописныхъ томовъ на русскомъ, нѣмецкомъ и французскомъ языкахъ — все больше упражненія кадетъ IV и V возрастовъ по части литературы. Не только умственно развивалъ А. своихъ питомцевъ, но и физически. Кадеты его времени отлично фехтовали, ѣздили верхомъ, брали призы въ гимнастическихъ упражненіяхъ, прекрасно плавали и вдобавокъ были превосходными танцорами. Влюбленный въ свое дѣло, гр. А. увеличилъ библіотеку корпуса, его кабинеты — физическій и натуральной исторіи — на собственныя средства; по его же ходатайству, императрица въ 1787 г. подарила корпусу библіотеку ген. Еггерса въ 7.000 томовъ. Любя называть воспитаніе "нѣжной и заботливой матерью", гр. А. всегда говорилъ, что "наставникъ долженъ предоставить себѣ тернія, а въ руки учениковъ передавать цвѣты". Таковъ былъ начальникъ сухопутнаго шляхетскаго корпуса, образцовый педагогъ, который, по выраженію одного изъ его біографовъ, "былъ существомъ, какъ будто нарочно созданнымъ для воспитанія юношества". Гр. А. поставилъ корпусъ на такую высоту, что онъ сдѣлался однимъ изъ лучшихъ образовательныхъ заведеній не только въ Россіи, но и во всей Европѣ. Императрица нерѣдко посѣщала корпусъ и въ одно изъ своихъ посѣщеній почтила его лестнымъ названіемъ "Разсадника великихъ людей". Управленіе корпусомъ А. продолжалось 7 л. Въ теченіе этого времени принято въ кадеты 511, а выпущено на службу 230 чел. Изъ числа послѣднихъ, въ 1788 г., по случаю войны съ Швеціею, многіе поступили во флотъ, а въ 1793 г. 12 чел. опредѣлены въ полки прямо капитанами, чего ни до А., ни послѣ него, не бывало. Изъ воспитанниковъ времени А. болѣе сдѣлались извѣстными: Ив. Гр. Гогель, гр. К. Ѳ. Толь и М. Е. Храповицкій — по заслугамъ военнымъ; И. С. Горголи и А. И. Хатовъ — на поприщѣ гражданскомъ; А. Х. Востоковъ, С. Н. Глинка и М. В. Крюковскій — въ мірѣ учено-литературномъ. Трагикъ В. А. Озеровъ былъ адъют. при А., а драматургъ Я. Б. Княжнинъ при А. преподавалъ кадетамъ русскую словесность. Память о гр. А. жила въ к-сѣ до самаго его преобразованія. Имя его передавалось съ величайшимъ уваженіемъ отъ одного поколѣнія кадетъ къ другому. За нѣсколько недѣль до своей смерти гр. А. подвергся опалѣ при дворѣ. Вмѣстѣ съ охлажденіемъ императрицы, всѣ къ нему перемѣнились; но онъ оставался все такимъ же, какъ и ранѣе, — ревностно исполнялъ свою ген.-ад. должность и ни отъ кого изъ придворныхъ не допытывался о происшедшей перемѣнѣ, а съ кадетами былъ еще привѣтливѣе. За два дня до смерти онъ посѣтилъ корпусъ, блѣдный, больной; медленными шагами обходилъ садъ и съ отеческимъ вниманіемъ бесѣдовалъ съ кадетами; послѣднимъ привѣтомъ его было не прощаніе, а надежда на скорое свиданіе. "Слабнетъ тѣло мое, — сказалъ онъ, — но не душа. Вы, мои любезные дѣти и друзья, всегда были въ ней, и она никогда не разстанется съ вами". Черезъ два дня, 22 мая 1794 г., гр. А. скончался. Печальную вѣсть эту кадетамъ сообщилъ директоръ К. Ѳ. Редингеръ слѣдующими словами: "Общаго нашего отца нѣтъ — графъ Ангальтъ умеръ!" Въ званіи президента вольнаго экономическаго общества, гр. А. принималъ дѣятельное участіе въ его занятіяхъ, не пропуская почти ни одного собранія, жертвовалъ по 25 червонцевъ (по 150 р.) на поощрительныя медали и подарилъ обществу собраніе образцовъ разныхъ русскихъ деревьевъ. Вольное эконом. об-во, послѣ смерти А., въ знакъ уваженія къ его высокимъ душевнымъ качествамъ, поставило въ залѣ общ-ва его мраморный бюстъ. По описанію современниковъ, гр. А. былъ высокаго роста, стройный, причесанный какъ прусскій король. Носилъ всегда зеленый мундиръ съ краснымъ суконнымъ воротникомъ и такими же обшлагами, бѣлыя суконныя панталоны и ботфорты объ одной шпорѣ. Послѣдняя особенность, по словамъ С. Глинки, происходила отъ того, что въ семилѣтнюю войну, спѣша къ королю, А. не успѣлъ надѣть другой, а потому, говорилъ графъ, "я самъ себя наказалъ, чтобы помнить, что надобно завсегда быть готовымъ на свое дѣло". По объясненію же Селиванова (Рус. Арх. 1864 г.), ношеніе гр. А. одной только шпоры объясняли тѣмъ, "что когда Фридрихъ Великій проигралъ сраженіе при Коллинѣ, то, встрѣтивъ при отступленіи гр. А., который командовалъ одной изъ частей его войскъ, сказалъ: "Sie haben eine Spore verloren!" (потеряли шпору), графъ въ память словъ его никогда уже не надѣвалъ другую". Тотъ же Селивановъ въ своихъ воспоминаніяхъ говоритъ, что гр. А. былъ безъ руки, потерявъ ее въ сраженіи; но этого нельзя было почти замѣтить, такъ хорошо была сдѣлана искусственная рука. Гр. Румянцевъ-Задунайскій былъ любимымъ героемъ гр. А. "Запишите, говорилъ онъ кадетамъ, — имя гр. Румянцева и въ тетрадяхъ вашихъ, и въ памяти, и въ сердцахъ. Онъ былъ кадетомъ, пусть будетъ Фаросомъ вашимъ на путяхъ военной вашей службы. Фридрихъ любилъ и уважалъ его, хотя онъ и овладѣлъ Кольбергомъ. Герои уважаютъ героевъ". По словамъ людей, близко его знавшихъ, гр. А. отличался широкою благотворительностью, на которую тратилъ всѣ свои доходы; подаренный императрицею сервизъ, цѣною въ 50 тыс. руб., былъ проданъ, и деньги пошли также на пользу нуждающимся. Популярность гр. А. была настолько велика, что улицы, по которымъ везли на Волково кладбище его тѣло, были переполнены народомъ. В. А. Озеровъ написалъ на смерть гр. А. стихотвореніе на франц. языкѣ, полное скорбнаго чувства. Со смертью гр. А. величіе корпуса умалилось, и вскорѣ онъ уже ничѣмъ не сталъ отличаться отъ другихъ средне-учебныхъ заведеній того времени. Въ прекрасно оборудованномъ музеѣ 1 к. к. въ настоящее время хранится портретъ гр. А., подаренный имъ корпусу, со следующею надписью на лѣвой сторонѣ: "Comme on m’a fait présent de ce tableau, je pense, que ie dois Le confier à mes enfants du Corps des cadets. Le comte d’Anhalt". (Журн. М. Н. Пр. 1845 г., №№ 1 и 4 (біограф. оч.); "Рекреаціонный залъ Императорскаго Сух. кад. к-са въ исходѣ прошедшаго столѣтія" (Педаг. Сборн., 1883 г., № 4); "La muraille parlante" (Пед. Сб. 1883 г., № 6); По поводу "Говорящей стѣны" В. Ф. Б. (Пед. Сб. 1883 г., № 8); Записки С. Н. Глинки, Спб. 1895 г.; ст. Хмырова въ Словарѣ русск. учен. и литераторовъ; къ біографіи А. К. Волховскаго (Истор. Вѣстн. 1894 г., № 7, стр. 262); Дневникъ Храповицкаго (1782—1793), Спб. 1874 г., стр. 28; А. Вейдемейеръ. Дворъ и замѣчательные люди въ Россіи во 2 полов. XVIII ст. 1846 г., ч. 2, стр. 27; Педаг. Еженедѣльникъ 1894 г., № 25, стр. 193 и № 26, стр. 201; гр. Ф. Э. Ангальтъ. Біогр. оч. П. В. Петрова. Педаг. Сб., 1901 г., №№ 9 и 12; Русск. Стар., 1874 г. кн. II, стр. 213 (Записки И. С. Жиркевича); Лалаевъ. Ист. оч. в. у. з., Спб., 1880 г., стр. 63—64; Русск. Арх. 1865 г., стр. 932; 1878 г. (письма императрицы къ Гримму); Русск. Стар. 1876 г., кн. XV, стр. 19; Н. Н. Мельницкій. Сборн. свѣд. о воен.-учебн. завед. въ Россіи, ч. I; Москвитянинъ 1846 г., № 2 (взглядъ на прошедшее 1 кад. к-са — Ѳ. Глинки); Русск. Вѣстн. 1866 г., № 2 (записки С. Н. Глинки); Кратк. обз. дѣят. Имп. вольн.-экон. об-ва — А. И. Ходнева, Спб., 1865 г.; Маякъ 1840 г., гл. II, стихотвореніе В. А. Озерова).


Военная энциклопедия. — СПб.: Т-во И.Д. Сытина. . 1911—1915.

Смотреть что такое "Ангальт, Федор Евстафьевич, граф" в других словарях:

  • Ангальт, граф Федор (Фридрих) Евстафьевич — замечательный русский военный педагог конца XVIII века, род. 9 мая 1732 г. и был сыном наследного принца Ангальт Дессау, Вильгельма Августа, женатого на дочери Софии Герре, вследствие чего дети его, родившиеся от этого брака, не имели уже прав на …   Большая биографическая энциклопедия


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.